ثُمَّ أَتَى الْقِرْبَةَ فَحَلَّ شِنَاقَهَا فَتَوَضَّأَ وُضُوءًا بَيْنَ الْوُضُوءَيْنِ ، ثُمَّ أَتَى فِرَاشَهُ فَنَامَ . ثُمَّ قَامَ قَوْمَةً أُخْرَى فَأَتَى الْقِرْبَةَ فَحَلَّ شِنَاقَهَا ثُمَّ تَوَضَّأَ وُضُوءًا هُوَ الْوُضُوءُ ، وَقَالَ : أَعْظِمْ لِي نُورًا ، وَلَمْ يَذْكُرْ : وَاجْعَلْنِي نُورًا

«Передал нам Абу аль-Ахвас от Са‘ида бн Масрука, от Саламы бн Кухайля, от Абу Рушдина — вольноотпущенника Ибн Аббаса, от Ибн Аббаса, который сказал: „Я ночевал у своей тёти Маймуны…“» — и он пересказал хадисы, но не упомянул омовение лица и кистей рук, а лишь сказал: «Затем он подошел к бурдюку, развязал его горловину и совершил омовение среднее между малым и полным омовением, после чего лег в постель и заснул. Затем он встал в другой раз, подошел к бурдюку, развязал его горловину и совершил полноценное омовение», и сказал: «Умножь мне свет» (при этом он не упомянул слова: «И сделай мне свет»).