أَتَيْتُ أَبَا سَعِيدٍ الْخُدْرِيَّ ، وَهُوَ مَكْثُورٌ عَلَيْهِ ، فَلَمَّا تَفَرَّقَ النَّاسُ عَنْهُ قُلْتُ : إِنِّي لَا أَسْأَلُكَ عَمَّا يَسْأَلُكَ هَؤُلَاءِ عَنْهُ . قُلْتُ : أَسْأَلُكَ عَنْ صَلَاةِ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فَقَالَ : مَا لَكَ فِي ذَاكَ مِنْ خَيْرٍ . فَأَعَادَهَا عَلَيْهِ فَقَالَ : كَانَتْ صَلَاةُ الظُّهْرِ تُقَامُ ، فَيَنْطَلِقُ أَحَدُنَا إِلَى الْبَقِيعِ فَيَقْضِي حَاجَتَهُ ، ثُمَّ يَأْتِي أَهْلَهُ فَيَتَوَضَّأُ ، ثُمَّ يَرْجِعُ إِلَى الْمَسْجِدِ وَرَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فِي الرَّكْعَةِ الْأُولَى .

«Воистину, я не буду спрашивать тебя о том, о чем тебя спрашивают эти люди». Я сказал: «Я хочу спросить тебя о молитве Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует». Он ответил: «Нет для тебя в этом никакого блага [в смысле: зачем тебе это? / или: в этом нет тебе облегчения]». Но я повторил свой вопрос, и он сказал: «Бывало так, что объявляли о начале полуденной молитвы, и один из нас отправлялся к кладбищу аль-Бакъи‘, справлял нужду, затем шел к своей семье, совершал омовение, после чего возвращался в мечеть, а Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, всё еще был в первом рак‘ате».