إِنَّ بَنِي هِشَامِ بْنِ الْمُغِيرَةِ اسْتَأْذَنُونِي أَنْ يُنْكِحُوا ابْنَتَهُمْ عَلِيَّ بْنَ أَبِي طَالِبٍ ، فَلَا آذَنُ لَهُمْ ، ثُمَّ لَا آذَنُ لَهُمْ ، ثُمَّ لَا آذَنُ لَهُمْ ، إِلَّا أَنْ يُحِبَّ ابْنُ أَبِي طَالِبٍ أَنْ يُطَلِّقَ ابْنَتِي وَيَنْكِحَ ابْنَتَهُمْ ، فَإِنَّمَا ابْنَتِي بَضْعَةٌ مِنِّي يَرِيبُنِي مَا رَابَهَا وَيُؤْذِينِي مَا آذَاهَا

«Передал нам Лайс»): «Передал нам ‘Абдуллах бин ‘Убайдуллах бин Абу Мулейка аль-Кураши ат-Тейми, что аль-Мисур бин Махрама передал ему, будто он слышал, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, стоя на минбере, говорил: „Поистине, сыновья Хишама бин аль-Мугиры испросили у меня дозволения выдать свою дочь замуж за ‘Али бин Абу Талиба, но я не дозволяю им, затем не дозволяю им, затем не дозволяю им! Разве только если сын Абу Талиба захочет развестись с моей дочерью и жениться на их дочери. Поистине, моя дочь — это частица меня: меня тревожит то, что тревожит ее, и мне причиняет боль то, что причиняет боль ей“».