أَنَّهُ كَانَ جَالِسًا عِنْدَ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُمَرَ فِي الْفِتْنَةِ ، فَأَتَتْهُ مَوْلَاةٌ لَهُ تُسَلِّمُ عَلَيْهِ ، فَقَالَتْ : إِنِّي أَرَدْتُ الْخُرُوجَ يَا أَبَا عَبْدِ الرَّحْمَنِ ، اشْتَدَّ عَلَيْنَا الزَّمَانُ ، فَقَالَ لَهَا عَبْدُ اللهِ : اقْعُدِي لَكَاعِ ، فَإِنِّي سَمِعْتُ رَسُولَ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يَقُولُ : لَا يَصْبِرُ عَلَى لَأْوَائِهَا وَشِدَّتِهَا أَحَدٌ إِلَّا كُنْتُ لَهُ شَهِيدًا أَوْ شَفِيعًا يَوْمَ الْقِيَامَةِ

«Я прочитал Малику (отрывок), от Катана бин Вахба бин Уваймира аль-Аджада, от Юханнаса — вольноотпущенника аз-Зубайра, — что тот сообщил ему о том, что он сидел у Абдуллаха бин Умара во времена смуты, и к нему пришла его вольноотпущенница, чтобы поприветствовать его. Она сказала: «О Абу Абдуррахман, я хочу уехать, времена стали для нас тяжелыми». Абдуллах сказал ей: «Сиди на месте, глупышка! Ибо поистине, я слышал, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говорил: «Никто не станет терпеть ее невзгоды и тяготы так, чтобы я не был для него свидетелем или заступником в День Воскресения»»».