كُنَّا بِحَاضِرِ مَاءٍ عَظِيمٍ عَلَى ظَهْرِ الطَّرِيقِ ، فَيَأْتِينَا الرُّكْبَانُ ، فَنَسْأَلُهُمْ : مَا يَقُولُ هَذَا الرَّجُلُ ؟ يَعْنُونَ النَّبِيَّ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ- ، فَيَقُولُونَ : يَقُولُ كَذَا ، وَيَأْمُرُهُمْ بِكَذَا ، وَيَنْهَاكُمْ عَنْ كَذَا ، وَأَنَا غُلَامٌ ابْنُ سِتِّ سِنِينَ ، لَا أَسْمَعُ شَيْئًا إِلَّا كَأَنَّمَا كُتِبَ فِي قَلْبِي ، وَكَانَ النَّاسُ يَقُولُونَ : انْظُرُوا مَا يَصْنَعُ قَوْمُ الرَّجُلِ ، فَلَمَّا فُتِحَتْ مَكَّةُ بَعَثَ النَّاسُ وُفُودَهُمْ إِلَى رَسُولِ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ- وَكَانَ أَبِي وَافِدَ قَوْمِهِ ، فَأَتَاهُمْ ، فَقَالَ : " أَتَيْتُكُمْ مِنْ عِنْدِ رَسُولِ اللهِ ، يَأْمُرُكُمْ بِكَذَا ، وَيَنْهَاكُمْ عَنْ كَذَا ، وَإِذَا حَضَرَتِ الصَّلَاةُ فَلْيَؤُمَّكُمْ أَكْثَرُكُمْ قُرْآنًا فَنَظَرُوا فَلَمْ يَجِدُوا أَكْثَرَ قُرْآنًا مِنِّي ، فَقَدَّمُونِي فَصَلَّيْتُ بِهِمْ ، عَلَيَّ بُرْدَةٌ لِي ، أَوْ شَمْلَةٌ لِي ، فَقَالَتْ عَجُوزٌ : أَلَا تُغَطُّونَ عَنَّا اسْتَ قَارِئِكُمْ ؟ فَاشْتُرِيَ ثَوْبٌ مِنْ مَقْعَدَةِ الْبَحْرَيْنِ ، فَقَطَعَتْهُ لِيَ امْرَأَةٌ مِنَ الْحَيِّ قَمِيصًا ، فَمَا فَرِحْتُ بِشَيْءٍ قَطُّ بَعْدَ الْإِسْلَامِ فَرَحِي بِذَلِكَ الْقَمِيصِ .

«Что говорит этот человек?» — имея в виду Пророка (да благословит его Аллах и приветствует). Они отвечали: «Он говорит то-то и приказывает то-то, и запрещает вам то-то». Я был юношей шести лет, и не слышал ничего из этого так, чтобы оно не запечатлевалось в моем сердце словно письмена. Люди говорили: «Посмотрите, что делает народ этого человека». Когда Мекка была завоевана, люди отправили свои делегации к Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), и мой отец был делегатом своего племени. Он пришел к ним и сказал: «Я прибыл к вам от Посланника Аллаха, он повелевает вам то-то и запрещает то-то, а когда настанет время молитвы, пусть имамом у вас будет тот, кто лучше всех знает Коран». Они посмотрели и не нашли никого, кто знал бы Коран лучше меня. Они выдвинули меня вперед, и я совершил с ними молитву. На мне был мой плащ или накидка, и какая-то старуха сказала: «Разве вы не прикроете от нас срам вашего чтеца?» Тогда женщина из племени купила ткань из места торговли двух морей и скроила для меня рубаху. И я никогда так сильно не радовался чему-либо после ислама, как радовался той рубахе.