Все передачи хадиса

Передал нам Абу Халифа, передал нам ‘Али бин аль-Мадини, передал нам Суфьян от Муджалида от аш-Ша‘би, который сказал: «Я присутствовал при [событиях с] аль-Хасаном бин Али, да будет доволен им Аллах, в ан-Нухайле, когда Му‘авия, да будет доволен им Аллах, заключил с ним мирное соглашение. Му‘авия сказал ему: „Когда дойдет до этого, встань, поговори [с людьми] и извести их, что ты передал это дело мне“. Иногда Суфьян говорил: „Сообщи людям об этом деле, которое ты оставил мне“. И он встал, обратился с проповедью с минбара, восславил Аллаха и восхвалил Его — аш-Ша‘би при этом говорил: „А я слышал“ — а затем сказал: „А затем: поистине, наилучшая проницательность — это богобоязненность, а наихудшее безумие — это нечестие. И поистине, в этом деле, относительно которого мы разошлись во мнениях — я и Му‘авия, — либо это было моим правом, которое я уступил Му‘авии, желая блага этой умме и огражд

«Когда состоялось примирение между аль-Хасаном ибн Али и Муавией ибн Абу Суфьяном, аль-Хасан захотел уехать в Медину. Муавия сказал ему: “Ты не уйдешь, пока не обратишься к людям с речью”. Аш-Ша’би сказал: “Я слышал его на минбаре, он восхвалил Аллаха и воздал Ему должное, а затем сказал: “А затем, поистине, самая большая проницательность — это богобоязненность, а самая большая беспомощность — это нечестие. И это дело, в котором мы разошлись с Муавией, было моим правом, но я оставил его Муавии, или же это было право человека, который имеет на него больше прав, чем я. И я сделал это лишь для того, чтобы пролить вашу кровь (сберечь её). “Я не знаю, может быть, это испытание для вас и пользование до определенного времени” (Коран, 21:111)”».

«Ты не уйдешь, пока не обратишься к людям с проповедью». Аш-Ша‘би сказал: «И я слышал его на минбаре: он восславил Аллаха и воздал Ему хвалу, а затем сказал: „А затем: поистине, самая большая проницательность — это богобоязненность, а самое большое бессилие — это греховность. Поистине, это дело, в котором мы разошлись во мнениях с Му‘авией — либо это было мое право, которое я оставил Му‘авии, либо это было право человека, который имел на него больше прав, чем я. И поистине, я сделал это лишь ради сохранения вашей крови: <А я не знаю, быть может, это — искушение для вас и временное наслаждение>“. После чего он сошел [с минбара]».

«Если бы вы заглянули от Халуса до Хабалика, то не нашли бы человека, дед которого был бы пророком, кроме меня и моего брата. И я считаю, что вам следует объединиться вокруг Муавии: ‹И я не знаю, быть может, это — искушение для вас и временное пользование›».

«Если бы вы заглянули от Джабарса до Джабалка, то не нашли бы человека, чей дед был бы пророком, кроме меня и моего брата. И поистине, я считаю, что вам следует объединиться вокруг Му‘авии: «И я не знаю, быть может, это – искушение для вас и пользование [благами] до определенного времени»».

(И сообщил нам) Абу-ль-Хусайн: сообщил нам Абдуллах, передал нам Якуб, передал нам аль-Хумайди, передал нам Суфьян, передал нам Муджалид от аш-Ша‘би; (а также) сказал: и передал нам Якуб, передал нам Са‘ид ибн Мансур, передал нам Хушайм, передал нам Муджалид от аш-Ша‘би, который сказал: Когда аль-Хасан ибн ‘Али заключил мир (а Хушайм сказал: когда аль-Хасан ибн ‘Али передал власть Му‘авии), Му‘авия сказал ему в ан-Нухайле: «Встань и скажи речь». И он воздал хвалу Аллаху и восславил Его, а затем сказал: «А затем: воистину, наилучшая проницательность – это богобоязненность, а величайшее бессилие – это греховность. О люди, поистине, это дело, в котором разошлись я и Му‘авия – либо право того человека, который имел на него больше прав, чем я, либо мое право, которое я уступил Му‘авии, желая примирения мусульман и сбережения их крови: «И я не знаю, быть может, это – искушение для вас и пользо

«Хасан ибн Али обратился к нам с проповедью в ан-Нахле, когда заключил мир с Муавией. Он встал, восславил Аллаха и воздал Ему должное, а затем сказал: “Самая большая мудрость — это богобоязненность, а самая большая слабость — это нечестие. Это дело, в котором мы разошлись с Муавией, является либо правом человека, который имел на него больше прав, чем я, либо моим правом, которое я оставил Муавии, желая благополучия мусульманам и сохранения их крови. “Я не знаю, быть может, это испытание для вас и временное пользование до определенного срока”. Я говорю эти слова и прошу прощения у Аллаха для себя и для вас”».