كُنْتُ فِيمَنْ حَضَرَ فَاطِمَةَ رَضِيَ اللهُ عَنْهَا حِينَ ضَرَبَهَا الْمَخَاضُ فِي نِسْوَةٍ ، فَأَتَانَا النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، فَقَالَ : " كَيْفَ هِيَ ؟ " قُلْتُ : إِنَّهَا لَمَجْهُودَةٌ يَا رَسُولَ اللهِ . قَالَ : " فَإِذَا هِيَ وَضَعَتْ فَلَا تَسْبِقِينِي فِيهِ بِشَيْءٍ " . قَالَتْ : فَوَضَعَتْ ، فَسَرُّوهُ وَلَفَّفُوهُ فِي خِرْقَةٍ صَفْرَاءَ ، فَجَاءَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، فَقَالَ : " مَا فَعَلَتْ ؟ " قُلْتُ : قَدْ وَلَدَتْ غُلَامًا ، وَسَرَرْتُهُ وَلَفَفْتُهُ فِي خِرْقَةٍ . قَالَ : " عَصَيْتِنِي " . قَالَتْ : أَعُوذُ بِاللهِ مِنْ مَعْصِيَةِ اللهِ وَمِنْ غَضَبِ رَسُولِهِ . قَالَ : " ائْتِينِي بِهِ " . فَأَتَيْتُهُ بِهِ ، فَأَلْقَى الْخِرْقَةَ الصَّفْرَاءَ ، وَلَفَّهُ فِي خِرْقَةٍ بَيْضَاءَ ، وَتَفَلَ فِي فِيهِ ، وَأَلْبَأَهُ بِرِيقِهِ ، فَجَاءَ عَلِيٌّ رَضِيَ اللهُ عَنْهُ ، فَقَالَ : " مَا سَمَّيْتَهُ يَا عَلِيُّ ؟ " قَالَ : سَمَّيْتُهُ جَعْفَرًا يَا رَسُولَ اللهِ . قَالَ : لَا ، وَلَكِنْ حَسَنٌ ، وَبَعْدَهُ حُسَيْنٌ ، وَأَنْتَ أَبُو حَسَنِ الْخَيْرِ

«Я была среди женщин, присутствовавших у Фатимы, да будет доволен ею Аллах, когда у нее начались схватки. К нам пришел Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, и спросил: "Как она?" Я ответила: "Она очень изнурена, о Посланник Аллаха". Он сказал: "Когда она родит, не опережайте меня ни в чем с ним"". Она сказала: «И она родила, и они перевязали ему пуповину и завернули в желтую ткань. Пришел Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и спросил: "Что она сделала?" Я ответила: "Она родила мальчика, и я перевязала ему пуповину и завернула в ткань". Он сказал: "Ты ослушалась меня!" Она сказала: "Прибегаю к Аллаху от ослушания Аллаха и от гнева Его Посланника!" Он сказал: "Принесите его мне". Я принесла его ему, и он снял желтую ткань, завернул его в белую ткань, поплевал ему в рот и накормил своей слюной. Затем пришел ʻАли, да будет доволен им Аллах, и спросил: "Как ты назвал его, о ʻАли?" Тот ответил: "Я назвал его Джаʻфаром, о Посланник Аллаха". Он сказал: "Нет, но [он] — Хасан, а после него — Хусайн, а ты — отец Хасана Благого"».