صَنَعَتْ أُمُّ سُلَيْمٍ خَطِيفَةً مِنْ شَعِيرٍ كَانَ عِنْدَهَا حُسْتُهُ ، قَالَ : فَأَرْسَلَتْنِي إِلَيْهِ أَدْعُوهُ فَأَتَيْتُهُ فَقُلْتُ : يَا رَسُولَ اللهِ إِنَّ أُمَّ سُلَيْمٍ صَنَعَتْ لَكَ خَطِيفَةً مِنْ شَعِيرٍ ، قَالَ : أَنَا وَمَنْ مَعِيَ ؟ قَالَ : فَرَجَعْتُ إِلَيْهَا فَأَخْبَرْتُهَا ، فَجَاءَ أَبُو طَلْحَةَ ، فَقَالَ : يَا رَسُولَ اللهِ إِنَّمَا هُوَ مُدٌّ وَأَقَلُّ مِنْ مُدٍّ جَعَلَتْ لَكَ أُمُّ سُلَيْمٍ ، قَالَ : أَنَا وَمَنْ مَعِيَ ؟ فَقَامَ النَّبِيُّ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - وَمَنْ مَعَهُ ، فَدَخَلَ الْمَنْزِلَ فَقَالَ لِي : يَا أَنَسُ أَدْخِلْ عَلَيَّ عَشَرَةً " ، فَدَخَلَ عَشَرَةٌ ، فَأَكَلُوا حَتَّى شَبِعُوا ، ثُمَّ قَالَ : " أَدْخِلْ عَشَرَةً " ، فَدَخَلَ عَشَرَةٌ ، فَأَكَلُوا حَتَّى شَبِعُوا ، ثُمَّ قَالَ : " أَدْخِلْ عَشَرَةً عَلَيَّ " قُلْتُ لِأَنَسٍ : كَمْ كَانُوا ؟ قَالَ : ثَلَاثِينَ أَوْ أَرْبَعِينَ ، فَأَكَلُوا حَتَّى شَبِعُوا ثُمَّ أَكَلَ النَّبِيُّ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - ، وَأَكَلْنَا حَتَّى شَبِعْنَا ، قَالَ : فَكَأَنَّهُ لَمْ يَنْقُصْ مِنْهُ شَيْءٌ

«Умм Сулейм приготовила хатифу из ячменя, который был у неё, и поджарила его». Он сказал: «Она послала меня к нему, чтобы я позвал его. Я пришел к нему и сказал: «О Посланник Аллаха, Умм Сулейм приготовила для тебя хатифу из ячменя». Он спросил: «Я и те, кто со мной?» Он сказал: «Я вернулся к ней и сообщил ей об этом. Пришел Абу Тальха и сказал: «О Посланник Аллаха, это всего лишь мудд или меньше мудда, что приготовила для тебя Умм Сулейм». Он спросил: «Я и те, кто со мной?» Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, встал вместе с теми, кто был с ним, и вошел в дом. Он сказал мне: «О Анас, впусти ко мне десять человек». Вошли десять человек и ели, пока не насытились. Затем он сказал: «Впусти десять человек». Вошли десять человек и ели, пока не насытились. Затем он сказал: «Впусти ко мне десять человек». Я спросил Анаса: «Сколько их было?» Он ответил: «Тридцать или сорок». Они ели, пока не насытились, затем поел Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, и мы ели, пока не насытились». Он сказал: «И казалось, что от неё ничего не убавилось».