تَنَاوَلْتُ قِدْرًا كَانَتْ لَنَا فَاحْتَرَقَتْ يَدِي ، فَانْطَلَقَتْ بِي أُمِّي إِلَى رَجُلٍ فِي الْجَبَّانَةِ فَقَالَتْ لَهُ : يَا رَسُولَ اللهِ ! فَقَالَ : لَبَّيْكِ وَسَعْدَيْكِ ، ثُمَّ أَدْنَتْنِي مِنْهُ فَجَعَلَ يَنْفُثُ وَيَتَكَلَّمُ بِكَلَامٍ لَا أَدْرِي مَا هُوَ ، فَسَأَلْتُ أُمِّي بَعْدَ ذَلِكَ مَا كَانَ يَقُولُ ، فَقَالَتْ : كَانَ يَقُولُ : أَذْهِبِ الْبَأْسَ رَبَّ النَّاسِ ، وَاشْفِ أَنْتَ الشَّافِي ، لَا شَافِيَ إِلَّا أَنْتَ

«Я потянулся к нашему котлу, и моя рука обгорела. Мать повела меня к человеку на пустыре и сказала ему: “О Посланник Аллаха!”. Он ответил: “Я здесь, к твоим услугам”. Затем она подвела меня к нему, и он стал поплевывать и произносить слова, которых я не понял. Позже я спросил мать, что он говорил, и она ответила: “Он говорил: “Удали болезнь, Господь людей, и исцели, Ты — Исцелитель, нет исцелителя, кроме Тебя”».