خَرَجَ مِنْ عِنْدِي عُكَّاشَةُ بْنُ مِحْصَنٍ فِي نَفَرٍ مِنْ بَنِي أَسَدٍ عَلَيْهِمْ قُمُصُهُمْ ، فَلَمَّا صَلَّيْتُ الْمَغْرِبَ رَجَعُوا ، وَقُمُصُهُمْ عَلَى أَيْدِيهِمْ يَحْمِلُونَهَا ، فَقُلْتُ : أَيْ عُكَّاشَةُ ، أَمْسِ رُحْتُمْ مُتَقَمِّصِينَ وَرَجَعْتُمْ وَقُمُصُكُمْ عَلَى أَيْدِيهِمْ ؟ قَالُوا : " يَا أُمَّ قَيْسٍ ، إِنَّ هَذَا يَوْمٌ رُخِّصَ لَنَا إِذَا نَحْنُ رَمَيْنَا الْجَمْرَةَ أَنْ نَحِلَّ مِمَّا يَحِلُّ مِنْهُ الْحَلَالُ إِلَّا النِّسَاءَ ، فَإِذَا أَمْسَيْنَا وَلَمْ نَقْضِ صِرْنَا حُرُمًا كَهَيْئَتِنَا قَبْلَ أَنْ نَرْمِيَ ، فَخَرَجْنَا مِنْ عِنْدِكِ مُتَقَمِّصِينَ ، فَلَمَّا أَمْسَيْنَا وَلَمْ نَقْضِ ، رَجَعْنَا وَقُمُصُنَا عَلَى أَيْدِينَا كَمَا رَأَيْتِ

«‘Уккаша ибн Михсан вышел от меня вместе с группой людей из племени Асад, будучи в своих рубахах. Когда я совершила молитву магриб, они вернулись, неся свои рубахи в руках. Я спросила: “О ‘Уккаша, вчера вы ушли в рубахах, а вернулись, неся их в руках?”. Они ответили: “О Умм Кайс, это день, когда нам разрешено, как только мы бросим камешки в джамру, выйти из состояния ихрама во всем, кроме женщин. А когда наступает вечер, если мы не завершили обряды, мы снова становимся в состоянии ихрама, как были до бросания камешков. Мы вышли от тебя в рубахах, а когда наступил вечер и мы не завершили обряды, мы вернулись, неся рубахи в руках, как ты видишь”».