بَيْنَمَا رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ جَالِسٌ وَعَائِشَةُ وَرَاءَهُ إِذِ اسْتَأْذَنَ أَبُو بَكْرٍ فَدَخَلَ ، ثُمَّ اسْتَأْذَنَ عُمَرُ فَدَخَلَ ، ثُمَّ سَعْدُ بْنُ مَالِكٍ فَدَخَلَ ، ثُمَّ اسْتَأْذَنَ عُثْمَانُ بْنُ عَفَّانَ وَرَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يَتَحَدَّثُ كَاشِفًا عَنْ رُكْبَتِهِ فَمَدَّ ثَوْبَهُ عَلَى رُكْبَتِهِ حِينَ اسْتَأْذَنَ عُثْمَانُ ، وَقَالَ لِامْرَأَتِهِ : اسْتَأْخِرِي ، فَتَحَدَّثُوا سَاعَةً ثُمَّ خَرَجُوا ، فَقَالَتْ عَائِشَةُ : يَا نَبِيَّ اللهِ ، دَخَلَ أَبِي وَأَصْحَابُهُ فَلَمْ تُصْلِحْ ثَوْبَكَ عَنْ رُكْبَتِكَ ، وَلَمْ تُؤَخِّرْنِي عَنْكَ ، فَقَالَ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ : يَا عَائِشَةُ أَلَا أَسْتَحِي مِنْ رَجُلٍ تَسْتَحِي مِنْهُ الْمَلَائِكَةُ ، وَالَّذِي نَفْسُ رَسُولِ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ بِيَدِهِ إِنَّ الْمَلَائِكَةَ لَتَسْتَحْيِي مِنْ عُثْمَانَ كَمَا تَسْتَحِي مِنَ اللهِ وَرَسُولِهِ ، وَلَوْ دَخَلَ وَأَنْتِ قَرِيبٌ مِنِّي لَمْ يَتَحَدَّثْ ، وَلَمْ يَرْفَعْ رَأْسَهُ حَتَّى يَخْرُجَ

«Я слышал, как ‘Абдуллах ибн ‘Умар говорил: «Однажды Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сидел, а ‘Аиша была позади него. Попросил разрешения войти Абу Бакр, и он вошел. Затем попросил разрешения ‘Умар, и он вошел. Затем Са‘д ибн Малик, и он вошел. Затем попросил разрешения ‘Усман ибн ‘Аффан, а Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, беседовал, обнажив колено. Когда попросил разрешения ‘Усман, он накинул одежду на колено и сказал своей жене: «Отойди назад». Они беседовали некоторое время, а затем вышли. ‘Аиша сказала: «О Пророк Аллаха, вошли мой отец и его сподвижники, а ты не поправил одежду на колене и не попросил меня отойти от тебя». Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, ответил: «О ‘Аиша, разве мне не стыдиться человека, которого стесняются ангелы? Клянусь Тем, в Чьей длани душа Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, ангелы стесняются ‘Усмана так же, как они стесняются Аллаха и Его Посланника. Если бы он вошел, когда ты была рядом со мной, он бы не стал разговаривать и не поднял бы головы, пока не вышел бы».