حُرِّمَتِ الْخَمْرُ وَمَا لَهُمْ يَوْمَئِذٍ نَبِيذٌ إِلَّا الْبُسْرُ وَالتَّمْرُ ، وَإِنِّي لَأَسْقِي أَبَا طَلْحَةَ وَسُهَيْلَ بْنَ بَيْضَاءَ وَأَبَا عُبَيْدَةَ بْنَ الْجَرَّاحِ ، " إِذَا أَنَا بِمُنَادِي النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يُنَادِي : أَلَا إِنَّ الْخَمْرَ قَدْ حُرِّمَتْ " مَرَّتَيْنِ ، فَأَهْرَقْنَاهُ ، وَمَا هُوَ إِلَّا الْبُسْرُ وَالتَّمْرُ

«Вино было запрещено, а в тот день у них не было иного напитка, кроме как из незрелых или спелых фиников. Я поил Абу Тальху, Сухайля ибн Байду и Абу Убайду ибн аль-Джарраха, как вдруг я услышал глашатая Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, который дважды провозгласил: “Знайте, поистине, вино было запрещено!”. И мы вылили его, хотя это был лишь напиток из незрелых и спелых фиников».