قُلْتُ لِأَبِي : يَا أَبَتِ ، مَنْ خَيْرُ هَذِهِ الْأُمَّةِ بَعْدَ نَبِيِّهَا ؟ قَالَ : " أَبُو بَكْرٍ ، قُلْتُ : ثُمَّ مَنْ ؟ قَالَ : " ثُمَّ عُمَرُ " ، فَمَا مَنَعَنِي أَنْ أَسْأَلَهُ عَنِ الثَّالِثِ إِلَّا مَخَافَةَ أَنْ يُصَلِّيَ بِعُثْمَانَ ، فَقُلْتُ : فَمَا أَنْتَ ؟ قَالَ : " أَبُوكَ رَجُلٌ مِنَ الْمُسْلِمِينَ

«Я спросил своего отца: “О отец мой, кто является лучшим из этой общины после её Пророка?” Он ответил: “Абу Бакр”. Я спросил: “А затем кто?” Он ответил: “Затем ‘Умар”. И ничто не помешало мне спросить его о третьем, кроме опасения, что он назовет ‘Усмана. Тогда я спросил: “А кто ты?” Он ответил: “Твой отец — один из мусульман”».