زَيْنَبُ خَيْرُ بَنَاتِي أُصِيبَتْ فِيَّ » . فَبَلَغَ ذَلِكَ عَلِيَّ بْنَ حُسَيْنٍ ، فَأَتَاهُ فَقَالَ : مَا حَدِيثٌ يَبْلُغُنِي عَنْكَ تَنْتَقِصُ فِيهِ فَاطِمَةَ ؟ فَقَالَ عُرْوَةُ : مَا أُحِبُّ أَنَّ لِي كَذَا وَكَذَا ، وَإِنِّي أَنْتَقِصُ فَاطِمَةَ حَقًّا هُوَ لَهَا ، فَأَمَّا بَعْدَ ذَلِكَ فَلَكَ عَلَيَّ أَنْ لَا أُحَدِّثَ بِهِ أَبَدًا

«Зайнаб — лучшая из моих дочерей, она пострадала ради меня». Это дошло до Али ибн Хусейна, и он пришел к нему и сказал: «Что это за слова, которые дошли до меня от тебя, в которых ты умаляешь достоинство Фатимы?» Урва ответил: «Я бы не хотел, чтобы мне дали то-то и то-то, а я бы умалял достоинство Фатимы, которое принадлежит ей по праву. Но после этого я даю тебе слово, что никогда больше не буду рассказывать об этом».