إِنَّهَا طُعْمٌ وَشُرْبٌ ، وَهِيَ مُبَارَكَةٌ ، قَالَهَا ثَلَاثًا ، ثُمَّ سَأَلَنِي رَسُولُ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - : مِمَّنْ أَنْتَ ؟ فَقُلْتُ : مِنْ غِفَارٍ . قَالَ : وَكَانَتْ غِفَارٌ يَقْطَعُونَ عَلَى الْحَاجِّ ، وَكَأَنَّ رَسُولَ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - انْقَبَضَ عَنِّي ، فَقَالَ لِأَبِي بَكْرٍ : انْطَلِقْ بِنَا يَا أَبَا بَكْرٍ ، فَانْطَلَقَ بِنَا إِلَى مَنْزِلِ أَبِي بَكْرٍ ، فَقَرَّبَ لَنَا زَبِيبًا ، فَأَكَلْنَا مِنْهُ ، وَأَقَمْتُ مَعَ رَسُولِ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - فَعَلَّمَنِي الْإِسْلَامَ ، وَقَرَأْتُ مِنَ الْقُرْآنِ شَيْئًا . فَقُلْتُ : يَا رَسُولَ اللهِ ، إِنِّي أُرِيدُ أَنْ أُظْهِرَ دِينِي ، فَقَالَ رَسُولُ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - : إِنِّي أَخَافُ عَلَيْكَ أَنْ تُقْتَلَ ، قُلْتُ : لَا بُدَّ مِنْهُ . قَالَ : إِنِّي أَخَافُ عَلَيْكَ أَنْ تُقْتَلَ . قُلْتُ : لَا بُدَّ مِنْهُ يَا رَسُولَ اللهِ ، وَإِنْ قُتِلْتُ ، فَسَكَتَ عَنِّي رَسُولُ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - وَقُرَيْشٌ حِلَقٌ يَتَحَدَّثُونَ فِي الْمَسْجِدِ ، فَقُلْتُ : أَشْهَدُ أَنْ لَا إِلَهَ إِلَّا اللهُ ، وَأَنَّ مُحَمَّدًا عَبْدُهُ وَرَسُولُهُ ، فَتَنَفَّضَتِ الْحِلَقُ ، فَقَامُوا إِلَيَّ ، فَضَرَبُونِي حَتَّى تَرَكُونِي كَأَنِّي نُصُبٌ أَحْمَرُ ، وَكَانُوا يَرَوْنَ أَنَّهُمْ قَدْ قَتَلُونِي ، فَقُمْتُ فَجِئْتُ إِلَى رَسُولِ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - فَرَأَى مَا بِي مِنَ الْحَالِ ، فَقَالَ لِي : أَلَمْ أَنْهَكَ ؟ فَقُلْتُ : يَا رَسُولَ اللهِ ، كَانَتْ حَاجَةٌ فِي نَفْسِي فَقَضَيْتُهَا . فَأَقَمْتُ مَعَ رَسُولِ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - فَقَالَ لِي : الْحَقْ بِقَوْمِكَ ، فَإِذَا بَلَغَكَ ظُهُورِي فَأْتِنِي ، فَجِئْتُ وَقَدْ أَبْطَأْتُ عَلَيْهِمْ ، فَلَقِيتُ أُنَيْسًا ، فَبَكَى ، وَقَالَ : يَا أَخِي مَا كُنْتُ أُرَاكَ إِلَّا قَدْ قُتِلْتَ لَمَّا أَبْطَأْتَ عَلَيْنَا ، مَا صَنَعْتَ ؟ أَلَقِيتَ صَاحِبَكَ الَّذِي طَلَبْتَ ؟ فَقُلْتُ : نَعَمْ ، أَشْهَدُ أَنْ لَا إِلَهَ إِلَّا اللهُ ، وَأَنَّ مُحَمَّدًا رَسُولُ اللهِ ، فَقَالَ أُنَيْسٌ : يَا أَخِي ، مَا بِي رَغْبَةٌ عَنْكَ ، أَشْهَدُ أَنْ لَا إِلَهَ إِلَّا اللهُ ، وَأَنَّ مُحَمَّدًا رَسُولُ اللهِ . وَأَسْلَمَ مَكَانَهَ . ثُمَّ أَتَيْتُ أُمِّي ، فَلَمَّا رَأَتْنِي بَكَتْ ، وَقَالَتْ : يَا بُنَيَّ أَبْطَأْتَ عَلَيْنَا حَتَّى تَخَوَّفْتُ أَنْ قَدْ قُتِلْتَ ، مَا صَنَعْتَ ؟ أَلَقِيتَ صَاحِبَكَ الَّذِي طَلَبْتَ ؟ فَقُلْتُ : نَعَمْ ، أَشْهَدُ أَنْ لَا إِلَهَ إِلَّا اللهُ ، وَأَنَّ مُحَمَّدًا رَسُولُ اللهِ ، قَالَتْ : فَمَا صَنَعَ أُنَيْسٌ ؟ قُلْتُ : أَسْلَمَ ، فَقَالَتْ : وَمَا بِي عَنْكُمَا رَغْبَةٌ ، أَشْهَدُ أَنْ لَا إِلَهَ إِلَّا اللهُ ، وَأَنَّ مُحَمَّدًا رَسُولُ اللهِ ، فَأَقَمْتُ فِي قَوْمِي ، فَأَسْلَمَ مِنْهُمْ نَاسٌ كَثِيرٌ ، حَتَّى بَلَغَنَا ظُهُورُ رَسُولِ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - فَأَتَيْتُهُ . لَمْ يَرْوِ هَذَا الْحَدِيثَ عَنْ أَبِي يَزِيدَ الْمَدِينِيِّ إِلَّا أَبُو طَاهِرٍ مَوْلَى الْحَسَنِ بْنِ عَلِيٍّ ، تَفَرَّدَ بِهِ جَعْفَرُ بْنُ سُلَيْمَانَ .

«У меня был брат по имени Унайс, и он был поэтом. Он и другой поэт поспорили, и Унайс сказал: “Я более искусный поэт, чем ты”, а другой ответил: “Нет, я более искусный”. Унайс спросил: “Кого ты согласен выбрать судьей между нами?”. Тот ответил: “Я согласен, чтобы между нами рассудил прорицатель из Мекки”. Он сказал: “Хорошо”. Они отправились в Мекку и встретились у прорицателя. Каждый из них прочитал ему свои стихи, и тот сказал Унайсу: “Ты сам вынес решение в свою пользу”, как бы отдав предпочтение стихам Унайса. Затем он сказал: “О брат мой, в Мекке есть человек, который утверждает, что он пророк, и он исповедует твою религию”. Ибн Аббас сказал: “Я спросил Абу Зарра: “А какая у тебя была религия?”. Он ответил: “Я отвернулся от божеств моего народа, которым они поклонялись”. Я спросил: “А чему же ты поклонялся?”. Он ответил: “Ничему. Я молился ночью, пока не падал, словно одежда, и меня будил лишь жар солнца”. Я спросил: “Куда ты направлял свое лицо?”. Он ответил: “Туда, куда направлял меня мой Господь”. Унайс сказал мне: “Они уже возненавидели его” (то есть невзлюбили). Абу Зарр продолжил: “Я пришел и вошел в Мекку, и провел пятнадцать дней и ночей между Каабой и её завесами. Каждую ночь я выходил и пил воду Замзам, и не чувствовал в печени голода, и мой живот стал сытым. Две женщины взывали ночью к своим божествам, и одна из них говорила: “О Исаф, даруй мне мальчика”, а другая говорила: “О Наиль, даруй мне то-то и то-то”. Я сказал: “Один к одному”. Они обернулись и стали говорить: “Сабиин (вероотступник) между Каабой и её завесами”. В это время мимо проходил Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), а Абу Бакр шел позади него. Они сказали: “Сабиин между Каабой и её завесами”, и Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) произнес слова, порицающие то, что они сказали. Абу Зарр сказал: “Я подумал, что это Посланник Аллаха, вышел к нему и сказал: “Мир тебе, о Посланник Аллаха”. Он ответил: “И тебе мир и милость Аллаха” (трижды). Затем он спросил меня: “Как давно ты здесь?”. Я ответил: “Пятнадцать дней и ночей”. Он спросил: “А чем ты питался?”. Я ответил: “Я приходил к Замзаму каждую ночь в полночь, пил из него, и не чувствовал в печени голода, и мой живот стал сытым”. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: “Это еда и питье, и она благословенна” (трижды). Затем Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) спросил меня: “Из какого ты племени?”. Я ответил: “Из Гифар”. Он сказал: “А племя Гифар грабили паломников”. И Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) как будто отстранился от меня и сказал Абу Бакру: “Пойдем, о Абу Бакр”. Мы отправились к дому Абу Бакра, он предложил нам изюм, и мы поели. Я остался с Посланником Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), он обучил меня исламу, и я прочитал немного из Корана. Я сказал: “О Посланник Аллаха, я хочу открыто заявить о своей религии”. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) сказал: “Я боюсь, что тебя убьют”. Я сказал: “Это неизбежно”. Он сказал: “Я боюсь, что тебя убьют”. Я сказал: “Это неизбежно, о Посланник Аллаха, даже если меня убьют”. Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) промолчал. Курайшиты сидели кружками в мечети, и я сказал: “Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Его раб и Посланник”. Кружки рассыпались, они набросились на меня и били, пока я не стал словно красный столб. Они думали, что убили меня. Я встал и пришел к Посланнику Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), он увидел мое состояние и сказал: “Разве я не запрещал тебе?”. Я ответил: “О Посланник Аллаха, у меня была нужда в душе, и я её исполнил”. Я остался с Посланником Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), и он сказал мне: “Возвращайся к своему племени, и когда до тебя дойдет весть о моем торжестве, приходи ко мне”. Я пришел, задержавшись у них, встретил Унайса, и он заплакал, сказав: “О брат мой, я думал, что тебя убили, когда ты задержался. Что ты сделал? Встретил ли ты того человека, которого искал?”. Я ответил: “Да, свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха”. Унайс сказал: “О брат мой, я не желаю ничего иного, кроме того, что и ты. Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха”. И он принял ислам на месте. Затем я пришел к матери, и когда она увидела меня, она заплакала и сказала: “О сынок, ты задержался, и я испугалась, что тебя убили. Что ты сделал? Встретил ли ты того человека, которого искал?”. Я ответил: “Да, свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха”. Она спросила: “А что сделал Унайс?”. Я ответил: “Он принял ислам”. Она сказала: “И я не желаю ничего иного, кроме того, что и вы. Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха”. Я остался среди своего племени, и многие из них приняли ислам, пока до нас не дошла весть о торжестве Посланника Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует), и я пришел к нему”. Этот хадис от Абу Язида аль-Мадини передал только Абу Тахир, вольноотпущенник Хасана ибн Али, и Джафар ибн Сулейман остался единственным его передатчиком».