أَنَّ عُمَرَ بْنَ الْخَطَّابِ قَامَ خَطِيبًا يَوْمَ الْجُمُعَةِ ، أَوْ خَطَبَهُمْ يَوْمَ الْجُمُعَةِ ، فَحَمِدَ اللهَ وَأَثْنَى عَلَيْهِ وَقَالَ: إِنِّي وَاللهِ مَا أَدَعُ بَعْدِي شَيْئًا هُوَ أَهَمُّ إِلَيَّ مِنْ أَمْرِ الْكَلَالَةِ ، وَقَدْ سَأَلْتُ رَسُولَ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ ، فَمَا أَغْلَظَ لِي فِي شَيْءٍ مَا أَغْلَظَ لِي فِيهَا ، حَتَّى طَعَنَ بِأُصْبُعِهِ فِي جَنْبِي أَوْ فِي صَدْرِي ، ثُمَّ قَالَ: يَا عُمَرُ ، تَكْفِيكَ آيَةُ الصَّيْفِ الَّتِي أُنْزِلَتْ فِي آخِرِ سُورَةِ النِّسَاءِ

«Поистине, клянусь Аллахом, я не оставляю после себя ничего более важного для меня, чем вопрос о каляле (наследнике, не имеющем прямых восходящих и нисходящих родственников). Я спрашивал Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, об этом так сурово, как не сурово ни о чем другом, так что он ударил пальцем мне в бок или в грудь и сказал: „О ‘Умар, тебе достаточно летнего аяты, который был ниспослан в конце суры «ан-Ниса»“».