مَا عَلِمْتُ حَتَّى دَخَلَتْ عَلَيَّ زَيْنَبُ بِغَيْرِ إِذْنٍ وَهِيَ غَضْبَى ، ثُمَّ قَالَتْ : يَا رَسُولَ اللهِ! أَحَسْبُكَ إِذَا قَلَبَتْ لَكَ بُنَيَّةُ أَبِي بَكْرٍ ذُرَيْعَيْهَا ، ثُمَّ أَقْبَلَتْ عَلَيَّ فَأَعْرَضْتُ عَنْهَا حَتَّى قَالَ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ : دُونَكِ فَانْتَصِرِي . فَأَقْبَلْتُ عَلَيْهَا حَتَّى رَأَيْتُهَا وَقَدْ يَبِسَ رِيقُهَا فِي فِيهَا مَا تَرُدُّ عَلَيَّ شَيْئًا ، فَرَأَيْتُ النَّبِيَّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يَتَهَلَّلُ وَجْهُهُ .

«Я не опомнилась, как ко мне без разрешения вошла Зайнаб, будучи разгневанной, и сказала: „О Посланник Аллаха! Разве с тебя не хватит того, что дочурка Абу Бакра помашет перед тобой своими ручонками?!“ Затем она повернулась ко мне, а я отвернулась от нее, пока Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, не сказал: „Давай же, отомсти ей!“ И тогда я повернулась к ней и насела на нее так, что у нее пересохло во рту от жажды, и она ничего не смогла мне ответить. И я увидела, как лицо Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, сияет от радости».