كَانَ الْحَسَنُ لَا يَعُدُّ الصُّفْرَةَ وَالْكُدْرَةَ ، وَلَا مِثْلَ غُسَالَةِ اللَّحْمِ شَيْئًا

«Ал-Хасан не считал ни желтизну, ни муть, ничто вроде воды от мытья мяса за нечто [существенное]».