كُنَّا نَكُونُ فِي حَجْرِهَا ، فَكَانَتْ إِحْدَانَا تَحِيضُ ثُمَّ تَطْهُرُ فَتَغْتَسِلُ وَتُصَلِّي ، ثُمَّ تَنْكُسُهَا الصُّفْرَةُ الْيَسِيرَةُ ، فَتَأْمُرُنَا أَنْ نَعْتَزِلَ الصَّلَاةَ حَتَّى لَا نَرَى إِلَّا الْبَيَاضَ خَالِصًا

«Мы находились на воспитании у нее [Амры], и когда у одной из нас начинались месячные, а затем она очищалась, то совершала полное омовение и молилась, после чего у нее появлялась небольшая желтизна, и она приказывала нам отстраняться от молитвы до тех пор, пока мы не увидим абсолютную белизну».