دَخَلْتُ عَلَى عَبْدِ اللهِ بْنِ عَمْرِو بْنِ الْعَاصِ فِي حَائِطٍ لَهُ بِالطَّائِفِ يُقَالُ لَهُ : الْوَهْطُ ، فَإِذَا هُوَ مُخَاصِرٌ فَتًى مِنْ قُرَيْشٍ ، يُزَنُّ ذَلِكَ الْفَتَى بِشُرْبِ الْخَمْرِ . فَقُلْتُ : خِصَالٌ بَلَغَتْنِي عَنْكَ أَنَّكَ تُحَدِّثُ بِهَا عَنْ رَسُولِ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - أَنَّهُ قَالَ : مَنْ شَرِبَ الْخَمْرَ شَرْبَةً لَمْ تُقْبَلْ لَهُ صَلَاةٌ أَرْبَعِينَ صَبَاحًا . فَلَمَّا أَنْ سَمِعَ الْفَتَى بِذِكْرِ الْخَمْرِ اخْتَلَجَ يَدَهُ مِنْ يَدِ عَبْدِ اللهِ ، ثُمَّ وَلَّى . فَقَالَ عَبْدُ اللهِ : اللَّهُمَّ إِنِّي لَا أُحِلُّ لِأَحَدٍ أَنْ يَقُولَ عَلَيَّ مَا لَمْ أَقُلْ ، وَإِنِّي سَمِعْتُ رَسُولَ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - يَقُولُ : مَنْ شَرِبَ الْخَمْرَ شَرْبَةً ، لَمْ تُقْبَلْ لَهُ صَلَاةٌ أَرْبَعِينَ صَبَاحًا ، فَإِنْ تَابَ ، تَابَ اللهُ عَلَيْهِ ، فَلَا أَدْرِي فِي الثَّالِثَةِ أَمْ فِي الرَّابِعَةِ : كَانَ حَقًّا عَلَى اللهِ أَنْ يَسْقِيَهُ مِنْ رَدْغَةِ الْخَبَالِ يَوْمَ الْقِيَامَةِ

«Я зашел к ‘Абдуллаху ибн Амру ибн аль-‘Асу в его сад в Таифе, который назывался аль-Вахт, и обнаружил, что он идет, обняв за талию юношу из курайшитов, которого подозревали в распитии вина. Я сказал: "До меня дошли слова, которые, как говорят, ты передаешь со слов Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, о том, что он сказал: "Кто выпил хоть глоток вина, у того не будет приниматься молитва в течение сорока утр"?" Когда юноша услышал упоминание о вине, он выдернул свою руку из руки ‘Абдуллаха и отвернулся. Тогда ‘Абдуллах сказал: "О Аллах, я не дозволяю никому возводить на меня то, чего я не говорил! Поистине, я слышал, как Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, говорил: "Кто выпил глоток вина, у того не призовется молитва в течение сорока утр; а если он покается, то Аллах примет его покаяние" (и я не знаю, в третий или в четвертый раз он добавил): и было непреложным решением Аллаха напоить его из гнойной лужи смрада (радгат аль-хабаль) в День воскресения».