خَطَبَنَا النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ يَوْمَ الْأَضْحَى بَعْدَ الصَّلَاةِ فَقَالَ: مَنْ صَلَّى صَلَاتَنَا ، وَنَسَكَ نُسُكَنَا ، فَقَدْ أَصَابَ النُّسُكَ ، وَمَنْ نَسَكَ قَبْلَ الصَّلَاةِ ، فَإِنَّهُ قَبْلَ الصَّلَاةِ وَلَا نُسُكَ لَهُ". فَقَالَ أَبُو بُرْدَةَ بْنُ نِيَارٍ ، خَالُ الْبَرَاءِ : يَا رَسُولَ اللهِ ، فَإِنِّي نَسَكْتُ شَاتَيْ قَبْلَ الصَّلَاةِ ، وَعَرَفْتُ أَنَّ الْيَوْمَ يَوْمُ أَكْلٍ وَشُرْبٍ ، وَأَحْبَبْتُ أَنْ تَكُونَ شَاتَيْ أَوَّلَ مَا يُذْبَحُ فِي بَيْتِي ، فَذَبَحْتُ شَاتَيْ ، وَتَغَدَّيْتُ قَبْلَ أَنْ آتِيَ الصَّلَاةَ ، قَالَ: شَاتُكَ شَاةُ لَحْمٍ". قَالَ: يَا رَسُولَ اللهِ ، فَإِنَّ عِنْدَنَا عَنَاقًا لَنَا جَذَعَةً هِيَ أَحَبُّ إِلَيَّ مِنْ شَاتَيْنِ ، أَفَتُجْزِي عَنِّي؟ قَالَ: نَعَمْ ، وَلَنْ تَجْزِيَ عَنْ أَحَدٍ بَعْدَكَ

«Тот, кто совершил нашу молитву и совершил наше жертвоприношение, тот совершил обряд правильно. А тот, кто совершил жертвоприношение до молитвы, то это было совершено до молитвы, и нет для него в этом никакого обряда». И сказал Абу Бурда бин Нияр, дядя аль-Бара’ по матери: «О Посланник Аллаха, поистине, я зарезал двух овец до молитвы, так как знал, что этот день — день еды и питья, и пожелал, чтобы мои овцы были первыми животными, зарезанными в моем доме. Поэтому я зарезал двух овец и позавтракал до того, как прийти на молитву». Он сказал: «Твоя овечка — это просто мясо [для семьи]». Тот сказал: «О Посланник Аллаха, поистине, у нас есть молодая козочка-годовалик, которая мне дороже двух овец, заменит ли она мне [другое животное]?» Он сказал: «Да, но это не послужит замене ни для кого после тебя».