جَاءَتْ هِنْدٌ بِنْتُ عُتْبَةَ بْنِ رَبِيعَةَ فَقَالَتْ: يَا رَسُولَ اللهِ ، وَاللهِ مَا كَانَ عَلَى ظَهْرِ الْأَرْضِ أَهْلُ خِبَاءٍ أَحَبَّ إِلَيَّ أَنْ يَذِلُّوا مِنْ أَهْلِ خِبَائِكَ ، وَمَا أَصْبَحَ الْيَوْمَ عَلَى ظَهْرِ الْأَرْضِ أَهْلُ خِبَاءٍ أَحَبَّ إِلَيَّ أَنْ يَعِزُّوا مِنْ أَهْلِ خِبَائِكَ. ثُمَّ قَالَتْ: إِنَّ أَبَا سُفْيَانَ رَجُلٌ مِسِّيكٌ ، فَهَلْ عَلَيَّ مِنْ حَرَجٍ أَنْ أُطْعِمَ الَّذِي لَهُ عِيَالَنَا؟ قَالَ لَهَا: لَا حَرَجَ عَلَيْكِ أَنْ تُطْعِمِيهِمْ مِنْ مَعْرُوفٍ .

«О Посланник Аллаха, клянусь Аллахом, не было на лице земли людей в шатрах, унижения которых я желала бы больше, чем людей в твоем шатре, но сегодня нет на лице земли людей в шатрах, величия которых я желала бы больше, чем людей в твоем шатре». Затем она сказала: «Поистине, Абу Суфьян — человек прижимистый, есть ли на мне грех, если я стану кормить из его имущества наших иждивенцев?» Он сказал ей: «Нет на тебе греха, если ты будешь кормить их по-доброму (из дозволенного)».