لَمْ أَعْقِلْ أَبَوَيَّ إِلَّا وَهُمَا يَدِينَانِ الدِّينَ وَلَمْ يَمُرَّ عَلَيْهِمَا يَوْمٌ إِلَّا يَأْتِينَا فِيهِ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ طَرَفَيِ النَّهَارِ بُكْرَةً وَعَشِيَّةً ، فَبَيْنَمَا نَحْنُ جُلُوسٌ فِي بَيْتِ أَبِي بَكْرٍ فِي نَحْرِ الظَّهِيرَةِ قَالَ قَائِلٌ: هَذَا رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فِي سَاعَةٍ لَمْ يَكُنْ يَأْتِينَا فِيهَا ، قَالَ أَبُو بَكْرٍ : مَا جَاءَ بِهِ فِي هَذِهِ السَّاعَةِ إِلَّا أَمْرٌ ، قَالَ: إِنِّي قَدْ أُذِنَ لِي بِالْخُرُوجِ .

«Я не помню своих родителей иначе, как исповедующими религию с самого детства, и не проходило ни одного дня, чтобы к нам не приходил Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в оба конца дня: утром и вечером. И вот, когда мы сидели в доме Абу Бакра в разгар полуденного зноя, кто-то сказал: „Вот и Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, в час, в который он обычно к нам не приходил“. Абу Бакр сказал: „Его привело в этот час только какое-то важное дело“. И он сказал: „Поистине, мне было дозволено отправиться в путь (совершить переселение)“».