أَنَّهُ كَانَ غَائِبًا فَقَدِمَ فَقُدِّمَ إِلَيْهِ لَحْمٌ ، قَالَ: وَهَذَا مِنْ لَحْمِ ضَحَايَانَا ، فَقَالَ: أَخِّرُوهُ لَا أَذُوقُهُ قَالَ: ثُمَّ قُمْتُ فَخَرَجْتُ حَتَّى آتِيَ أَخِي أَبَا قَتَادَةَ ، وَكَانَ أَخَاهُ لِأُمِّهِ ، وَكَانَ بَدْرِيًّا فَذَكَرْتُ ذَلِكَ لَهُ ، فَقَالَ: إِنَّهُ قَدْ حَدَثَ بَعْدَكَ أَمْرٌ .

«Какое это мясо? Из наших ли это жертвенных животных?» Ему ответили: «Да». Он сказал: «Уберите его, я не стану его вкушать!» Он сказал: «Затем я встал и вышел, чтобы отправиться к моему брату Абу Катаде — он был его братом по матери и участником битвы при Бадре, — и упомянул об этом ему. На это он ответил: „Поистине, после твоего отъезда произошло нововведение“».