مَثَلُ الَّذِي يَقْرَأُ الْقُرْآنَ كَالْأُتْرُجَّةِ ، طَعْمُهَا طَيِّبٌ وَرِيحُهَا طَيِّبٌ ، وَالَّذِي لَا يَقْرَأُ الْقُرْآنَ كَالتَّمْرَةِ ، طَعْمُهَا طَيِّبٌ وَلَا رِيحَ لَهَا ، وَمَثَلُ الْفَاجِرِ الَّذِي يَقْرَأُ الْقُرْآنَ كَمَثَلِ الرَّيْحَانَةِ ، رِيحُهَا طَيِّبٌ وَطَعْمُهَا مُرٌّ ، وَمَثَلُ الْفَاجِرِ الَّذِي لَا يَقْرَأُ الْقُرْآنَ كَمَثَلِ الْحَنْظَلَةِ ، طَعْمُهَا مُرٌّ وَلَا رِيحَ لَهَا

«Пример читающего Коран подобен утруджу (цитрону): у него приятный вкус и приятный запах. А тот, кто не читает Коран, подобен финику: у него сладкий вкус, но нет запаха. Пример нечестивца, читающего Коран, подобен базилику: у него приятный запах, но горький вкус. А пример нечестивца, не читающего Коран, подобен ханзалю (горькой тыкве): у него горький вкус и нет запаха».