كُنَّا نَعْبُدُ الْحَجَرَ ، فَإِذَا وَجَدْنَا حَجَرًا هُوَ أَخْيَرُ مِنْهُ أَلْقَيْنَاهُ وَأَخَذْنَا الْآخَرَ ، فَإِذَا لَمْ نَجِدْ حَجَرًا جَمَعْنَا جُثْوَةً مِنْ تُرَابٍ ثُمَّ جِئْنَا بِالشَّاةِ فَحَلَبْنَاهُ عَلَيْهِ ثُمَّ طُفْنَا بِهِ ، فَإِذَا دَخَلَ شَهْرُ رَجَبٍ قُلْنَا: مُنَصِّلُ الْأَسِنَّةِ ، فَلَا نَدَعُ رُمْحًا فِيهِ حَدِيدَةٌ ، وَلَا سَهْمًا فِيهِ حَدِيدَةٌ ، إِلَّا نَزَعْنَاهُ وَأَلْقَيْنَاهُ شَهْرَ رَجَبٍ

«Мы поклонялись камню, и когда находили камень, который был лучше прежнего, мы выбрасывали тот и брали этот. Если же мы не находили камня, то собирали кучу земли, приводили овцу, доили ее на эту кучу, а затем совершали вокруг нее обход (таваф). Когда же наступал месяц раджаб, мы говорили: „Удалитель наконечников“, и не оставляли ни одного копья или стрелы с железным наконечником, чтобы не снять его и не выбросить в месяце раджаб».