كَانَ بَيْتٌ فِي الْجَاهِلِيَّةِ يُقَالُ لَهُ ذُو الْخَلَصَةِ ، وَالْكَعْبَةُ الْيَمَانِيَةُ ، وَالْكَعْبَةُ الشَّأْمِيَّةُ ، فَقَالَ لِيَ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ: أَلَا تُرِيحُنِي مِنْ ذِي الْخَلَصَةِ ، فَنَفَرْتُ فِي مِائَةٍ وَخَمْسِينَ رَاكِبًا فَكَسَرْنَاهُ ، وَقَتَلْنَا مَنْ وَجَدْنَا عِنْدَهُ ، فَأَتَيْتُ النَّبِيَّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ فَأَخْبَرْتُهُ ، فَدَعَا لَنَا وَلِأَحْمَسَ

«В эпоху джахилии был идол (дом), который назывался «Зу-ль-Халяса», а также йеменская Кааба и шамская Кааба». Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал мне: «Не избавишь ли ты меня от [идола] Зу-ль-Халяса?» И я выступил с отрядом из ста пятидесяти всадников, мы сокрушили его и убили тех, кого нашли возле него. Затем я пришел к Пророку, да благословит его Аллах и приветствует, и рассказал ему об этом, и он обратился с мольбой за нас и за племя ахмас».