جِيءَ بِأَبِي إِلَى النَّبِيِّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ وَقَدْ مُثِّلَ بِهِ وَوُضِعَ بَيْنَ يَدَيْهِ فَذَهَبْتُ أَكْشِفُ عَنْ وَجْهِهِ فَنَهَانِي قَوْمِي فَسَمِعَ صَوْتَ صَائِحَةٍ فَقِيلَ : ابْنَةُ عَمْرٍو أَوْ أُخْتُ عَمْرٍو فَقَالَ : لِمَ تَبْكِي أَوْ لَا تَبْكِي مَا زَالَتِ الْمَلَائِكَةُ تُظِلُّهُ بِأَجْنِحَتِهَا . قُلْتُ لِصَدَقَةَ : أَفِيهِ : حَتَّى رُفِعَ . قَالَ : رُبَّمَا قَالَهُ .

«Принесли моего отца к Пророку, да благословит его Аллах и приветствует, над которым надругались (изуродовали тело), и положили перед ним. Я отправился было приподнять покрывало с его лица, но мои сородичи запретили мне это. И он услышал голос плачущей женщины, и спросили: „Это дочь ‘Амра?“ или „Сестра ‘Амра?“ И Пророк сказал: „О чем она плачет?“ — или: „Пусть не плачет, ангелы продолжают осенять его своими крыльями“». Я спросил Садаку: «Упоминается ли там: „...пока его не унесли“?» Он ответил: «Иногда он говорил так».