مَنْ أَعْتَقَ شِقْصًا لَهُ مِنْ عَبْدٍ ، أَوْ شِرْكًا ، أَوْ قَالَ : نَصِيبًا ، وَكَانَ لَهُ مَا يَبْلُغُ ثَمَنَهُ بِقِيمَةِ الْعَدْلِ فَهُوَ عَتِيقٌ ، وَإِلَّا فَقَدْ عَتَقَ مِنْهُ مَا عَتَقَ

«Тот, кто освободит свою долю раба или его часть», — или он сказал: «свою долю», — «и у него имеется сумма, достаточная для выкупа оставшейся части по справедливой стоимости, то [весь раб] считается свободным. А если нет, то освободилось из него то, что освободилось».