لَمَّا كَانَ يَوْمُ أُحُدٍ جَعَلْتُ رَسُولَ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ عَلَى ظَهْرِي حَتَّى اسْتَقَلَّ ، وَصَارَ عَلَى الصَّخْرَةِ ، وَاسْتَتَرَ مِنَ الْمُشْرِكِينَ فَقَالَ : هَكَذَا ، وَأَوْمَأَ بِيَدِهِ إِلَى وَرَاءِ ظَهْرِي : هَذَا جِبْرِيلُ عَلَيْهِ السَّلَامُ أَخْبَرَنِي أَنَّهُ لَا يَرَاكَ يَوْمَ الْقِيَامَةِ فِي هَوْلٍ إِلَّا أَنْقَذَكَ مِنْهُ

С тем же иснадом со слов Мусы ибн Тальхи, со слов его отца, который сказал: «В день битвы при Ухуде я посадил Посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, себе на спину, пока он не поднялся и не оказался на скале, укрывшись от многобожников. Он сказал вот так — и указал рукой себе за спину: „Это Джибриль, мир ему, сообщил мне, что никто не увидит тебя в день Воскресения в ужасе, кроме как он спасет его от него“».