أَتَيْتُ الْمِرْبَدَ زَمَنَ الْأَقِطِ وَالسَّمْنِ ، وَالْأَعْرَابُ يَأْتُونَ ، فَإِذَا أَنَا بِرَجُلٍ طَامِحٍ بَصَرُهُ يَنْظُرُ إِلَى النَّاسِ ، فَظَنَنْتُ أَنَّهُ غَرِيبٌ ، فَدَنَوْتُ مِنْهُ ، فَسَلَّمْتُ عَلَيْهِ ، فَرَدَّ السَّلَامَ ، وَقَالَ لِي : أَمِنْ أَهْلِ هَذِهِ أَنْتَ ؟ قُلْتُ : نَعَمْ فَجَلَسْنَا مَعَهُ . فَقُلْتُ : مِمَّنْ أَنْتَ ؟ قَالَ : مِنْ بَنِي هِلَالٍ وَاسْمِي كَهْمَسٌ أَوْ قَالَ : مِنْ بَنِي سَلُولٍ ، وَاسْمِي كَهْمَسٌ ، ثُمَّ قَالَ لِي : أَلَا أُحَدِّثُكَ حَدِيثًا شَهِدْتُهُ مِنْ عُمَرَ بْنِ الْخَطَّابِ - رَحِمَهُ اللهُ - ؟ قُلْتُ : بَلَى ، فَذَكَرَ قِصَّةً ، ثُمَّ قَالَ عُمَرُ رَضِيَ اللهُ عَنْهُ : سَمِعْتُ رَسُولَ اللهِ - صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ - يَقُولُ : خَيْرُ أُمَّتِي الْقَرْنُ الَّذِي أَنَا مِنْهُ ، ثُمَّ الثَّانِي ، ثُمَّ الثَّالِثُ ، ثُمَّ يَنْشَأُ قَوْمٌ تَسْبِقُ أَيْمَانُهُمْ شَهَادَتَهُمْ يَشْهَدُونَ مِنْ غَيْرِ أَنْ يُسْتَشْهَدُوا لَهُمْ لَغَطٌ فِي أَسْوَاقِهِمْ

«Я пришел на рынок аль-Мирбад во времена изобилия акита и масла, когда приходили бедуины. И вдруг я увидел человека с блуждающим взором, смотрящего на людей, и я подумал, что он чужестранец. Я подошел к нему, поприветствовал его, он ответил на приветствие и спросил меня: «Ты из местных?». Я ответил: «Да». Мы сели вместе с ним, и я спросил: «Из какого ты племени?». Он сказал: «Из племени Бану Хиляль, и зовут меня Кахмас», или он сказал: «Из племени Бану Салюль, и зовут меня Кахмас». Затем он сказал мне: «Не рассказать ли тебе хадис, свидетелем которого я был от Умара ибн аль-Хаттаба (да помилует его Аллах)?». Я ответил: «Да». Он упомянул историю, а затем сказал: «Умар (да будет доволен им Аллах) сказал: «Я слышал, как Посланник Аллаха (да благословит его Аллах и приветствует) говорил: «Лучшие из моей общины — это поколение, в котором я нахожусь, затем второе, затем третье. А затем появятся люди, чьи клятвы будут опережать их свидетельства, они будут свидетельствовать, не будучи призванными к свидетельству, и в их рынках будет шум».