كُنْتُ أَنَا وَأُبَيٌّ وَأَبُو طَلْحَةَ جُلُوسًا ، فَأَكَلْنَا لَحْمًا وَخُبْزًا ، ثُمَّ دَعَوْتُ بِوَضُوءٍ ، فَقَالَا : لِمَ نَتَوَضَّأُ ؟ فَقُلْتُ : لِهَذَا الطَّعَامِ الَّذِي أَكَلْنَاهُ ، فَقَالَا : أَنَتَوَضَّأُ مِنَ الطَّيِّبَاتِ ؟ لَمْ يَتَوَضَّأْ مِنْهُ مَنْ هُوَ خَيْرٌ مِنْكَ

«Я, Убайй и Абу Тальха сидели вместе, и мы ели мясо и хлеб. Затем я попросил воды для омовения. Они спросили: “Зачем совершать омовение?” Я ответил: “Из-за этой еды, которую мы съели”. Они сказали: “Разве мы совершаем омовение после благой пищи? Тот, кто лучше тебя, не совершал омовения после нее”».