صَلَّى بِنَا رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ الصُّبْحَ بِمَكَّةَ فَاسْتَفْتَحَ سُورَةَ الْمُؤْمِنِينَ ، حَتَّى إِذَا جَاءَ ذِكْرُ مُوسَى وَهَارُونَ ، أَوْ ذِكْرُ مُوسَى وَعِيسَى ، ابْنُ عَبَّادٍ يَشُكُّ ، أَوِ اخْتَلَفُوا ، أَخَذَتِ النَّبِيُّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ سَعْلَةٌ ، فَحَذَفَ فَرَكَعَ ، وَعَبْدُ اللهِ بْنُ السَّائِبِ حَاضِرٌ لِذَلِكَ

«Я слышал, как Мухаммад бин ‘Аббад бин Джа‘фар говорил: сообщили мне Абу Саляма бин Суфьян, ‘Абдуллах бин аль-Мусайиб аль-‘Абиди и ‘Абдуллах бин ‘Амр от ‘Абдуллаха бин ас-Саиба, который сказал: „Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, совершил с нами утреннюю молитву в Мекке и начал читать суру «аль-Муминун», пока не дошел до упоминания Мусы и Харуна (или: упоминания Мусы и ‘Исы, — сомневается Ибн ‘Аббад или они разошлись во мнениях). Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, охватил кашель, и он перешел к поясному поклону“, — и ‘Абдуллах бин ас-Саиб присутствовал при этом».