أَرَادَ الضَّحَّاكُ بْنُ قَيْسٍ أَنْ يَسْتَعْمِلَ مَسْرُوقًا ، فَقَالَ لَهُ عُمَارَةُ بْنُ عُقْبَةَ : أَتَسْتَعْمِلُ رَجُلًا مِنْ بَقَايَا قَتَلَةِ عُثْمَانَ ، فَقَالَ لَهُ مَسْرُوقٌ : حَدَّثَنَا عَبْدُ اللهِ بْنُ مَسْعُودٍ -وَكَانَ فِي أَنْفُسِنَا مَوْثُوقَ الْحَدِيثِ - أَنَّ النَّبِيَّ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ لَمَّا أَرَادَ قَتْلَ أَبِيكَ قَالَ : مَنْ لِلصِّبْيَةِ ؟ قَالَ : النَّارُ فَقَدْ رَضِيتُ لَكَ مَا رَضِيَ لَكَ رَسُولُ اللهِ صَلَّى اللهُ عَلَيْهِ وَسَلَّمَ .

«Ты назначаешь человека из числа оставшихся в живых убийц ‘Усмана?» Тогда Масрук сказал ему: «Передал нам ‘Абдуллах бин Мас‘уд — а он был для нас человеком, чьим рассказам доверяли, — что когда Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, хотел предать смерти твоего отца, он спросил: “А как же дети?” Тот ответил: “Огонь”. И я доволен для тебя тем, чем доволен для тебя Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует».